(no subject)
Apr. 16th, 2017 07:45 amФрагмент №197
Я вышел на балкон и втянул носом воздух.
- Хорошо, - сказал я, но тут же почувствовал, что всё не так уж и хорошо. Пахло гарью.
Я попытался определить источник запаха, но всё вокруг окружал густой туман, так что я не видел даже дальний конец балкона.
- Чудно, - сказал я и вернулся в комнату. Маша гладила простыню.
- Там такой туман снаружи, - сказал я. – И воняет горелым.
- Где? – спросила Маша.
- Да на балконе.
- У нас нет балкона, - сказала Маша.
- А… - я попытался подобрать слова, но сообразил, что и правда, балкона нет. Я же хотел на улицу выйти, а там вон чего.
Я снова открыл входную дверь. Туман начинал рассеиваться. Лестничная площадка заканчивалась в паре метров от двери, обломанная по кривой линии, похожей на зигзаг, а дальше шло белое облако.
- Маша, - сказал я. – Кажется, мы летим.
- Да погоди ты, - сказала Маша. – У меня простыня сломалась.
Я вернулся в комнату.
- Что такое?
- Странно как-то, - сказала Маша. – Раньше у этой простыни было две стороны. Точно помню. А теперь одна.
Я посмотрел на простыню, повертел в руках. Маша была права.
- Может, мы спим? – предположил я.
- Ну, это вряд ли, - сказали с потолка.
Я поднял глаза. Потолка не было, а над нами проплывали тучки. На обломанном фрагменте стены восседал небольшой человечек, обросший мхом и паутиной. Он был одет во что-то грязное и замасленное, а во рту держал длинную трубку.
- Тут курить нельзя, - сказал я.
- А я и не курю, - ответил человечек, сделал затяжку и закашлялся.
Я вышел на балкон и втянул носом воздух.
- Хорошо, - сказал я, но тут же почувствовал, что всё не так уж и хорошо. Пахло гарью.
Я попытался определить источник запаха, но всё вокруг окружал густой туман, так что я не видел даже дальний конец балкона.
- Чудно, - сказал я и вернулся в комнату. Маша гладила простыню.
- Там такой туман снаружи, - сказал я. – И воняет горелым.
- Где? – спросила Маша.
- Да на балконе.
- У нас нет балкона, - сказала Маша.
- А… - я попытался подобрать слова, но сообразил, что и правда, балкона нет. Я же хотел на улицу выйти, а там вон чего.
Я снова открыл входную дверь. Туман начинал рассеиваться. Лестничная площадка заканчивалась в паре метров от двери, обломанная по кривой линии, похожей на зигзаг, а дальше шло белое облако.
- Маша, - сказал я. – Кажется, мы летим.
- Да погоди ты, - сказала Маша. – У меня простыня сломалась.
Я вернулся в комнату.
- Что такое?
- Странно как-то, - сказала Маша. – Раньше у этой простыни было две стороны. Точно помню. А теперь одна.
Я посмотрел на простыню, повертел в руках. Маша была права.
- Может, мы спим? – предположил я.
- Ну, это вряд ли, - сказали с потолка.
Я поднял глаза. Потолка не было, а над нами проплывали тучки. На обломанном фрагменте стены восседал небольшой человечек, обросший мхом и паутиной. Он был одет во что-то грязное и замасленное, а во рту держал длинную трубку.
- Тут курить нельзя, - сказал я.
- А я и не курю, - ответил человечек, сделал затяжку и закашлялся.