cyrix761: (Default)
Фрагмент №228

Телефон, в принципе, ещё работал. Но задняя крышка покрылась царапинками, с кнопки включения на боку слезло блестящее покрытие, а вокруг разъёма пластмассу словно истыкали иголками – Василий иногда в темноте промахивался штекером. И он решил, что негоже ему, солидному человеку, ходить с таким невзрачным аппаратом. Собственно, поэтому он стоял сейчас посреди салона связи и рассматривал витрину.
- Что-нибудь конкретное интересует? – спросила девушка-консультант, подкравшись сзади.
Василий не знал, как правильно ответить на этот вопрос.
- Нет, - сказал он. – То есть да. Телефон хочу купить. Небольшой, на Андроиде, чтобы жил подольше от батарейки, надёжный, и чтобы выглядел хорошо. Ну, и к нему чехол и плёнку защитную наклеить.
- Вот, пожалуйста, - сказала девушка, ткнув пальцем в ближайший аппарат. – Отличная модель. Процессор с четырьмя ядрами, сверхвысокое разрешение экрана, разблокируется по отпечатку пальца.
- Ну, этот слишком большой, - возразил Василий. – Не подойдёт.
- Так ведь большой экран – очень модно, - сказала девушка. – И удобно. Не промахнётесь пальцем мимо иконки.
- Я и так не промахиваюсь, - обиделся Василий. – А сколько дней батарейка держит?
- Ну, с утра до вечера точно, - заверила продавец. – Если, конечно, роликов много не смотреть. Но можем продать ещё дополнительный аккумулятор…
- А есть что-нибудь другое? – спросил Василий. – Не такое большое и прожорливое?
Продавщица обиделась.
- Ну, вот, - ткнула она куда-то ещё. – Но этот немного устарел, я бы вам не советовала.
- Так он же ещё больше, - возразил Василий. – И цена… За такие деньги машину можно купить. Тот, первый, и то лучше…
Через полчаса Василий уходил с покупкой. Телефон, правда, оказался, великоват и не лез в карман. Чехол подобрали неуклюжий, он сваливался и торчал во все стороны острыми углами, зато блестел и приятно скользил в руке. Плёнку наклеить девушка смогла с третьего раза, хотя и оставила в центре огромный пузырь. В качестве компенсации она предложила Василию купить со скидкой три сим-карты и две дополнительные гарантии, смысла которых он не вполне понимал.
Вернувшись домой, Василий извлёк новое приобретение из коробки, повертел в руках. Сравнил со своим теперешним телефоном. И решил, что он может послужить ещё немного. Он же ещё работает. Да и выглядит лучше, чем это золотистое угробище, похожее на лопату, которому самое место на полке. До лучших времён.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №226

Зрители смеялись. Морской котик смешно ковылял по бортику, бухался в воду, брызгался.
- Смотри, какой глупый! – кричал Вася, тыкая вперёд измазанным в мороженом пальцем.
Через десять лет он уже и забыл об этом представлении в аквапарке.
А котик запомнил…



cyrix761: (Default)
Фрагмент №225

Как же мне не повезло… Лечу куда-то в жестяной коробке посреди пустоты. А со мной какие-то люди. Откуда они взялись? Зачем они?
Вот этот, высокий, который часто подсаживается ко мне и говорит разные загадочные слова вроде «тяга» и «эклиптика». Кто он? Почему в очках? Разве сейчас не умеют вставлять новые глаза? Или это я в книжке прочитал? Не помню.
А вот эта, которая тыкаем пальцем в виртуальную карту? У неё на ногтях краска. Что она пытается этим сказать? У меня иногда возникает ощущения, что она женщина. Фигура как бы похожа.
Но самый подозрительный вот этот, с морщинами. Всё время что-то бормочет. Маленький, костлявый, и делает вид, что так и надо. Затянул себя до самой шеи в комбинезон. Локти торчат. И почему он всё время выходит из туалета мокрый? Как это вообще можно сделать?
Он приближается. Сейчас что-то скажет.
- Командир, - говорит он. – Схема охладителя разгонного блока пошаливает. Моргает лампочка, похоже на контакт в разъёме питания. Починить сейчас или подождём до посадки?
Испытывает меня. Думает, я невменяемый. Сделаю вид, что всё понял.
- У нас же есть дублирующий контур, - говорю я. – Пока не вижу необходимости трогать систему. Долетим – проверим.
Изображает, что поверил мне. А у самого губы шевелятся. А, это он ещё что-то хочет сказать.
- А, ещё, - сказал он. – Меня беспокоит Джейн. Зайдите к ней в изолятор, если можно. Мне кажется, у неё начинается депрессия. Не все так легко переносят длительный полёт, как вы.
- Зайду, не беспокойтесь, - сказал я. – Конечно. Помогите пока Квайду прокладывать курс.
И я иду по коридору, пытаясь понять, что такое изолятор. То же самое, что трансформатор? Сколько же мы летим? Когда все эти люди, наконец, уйдут?



cyrix761: (Default)
Фрагмент №224

Дом был таким дряхлым, что скрипел от порывов ветра. Крыша, крытая волнистым шифером, подрагивала, половицы шевелились, а стены, казалось, вот-вот рассыпаются. В углу отвратительно красились старухи, готовясь к празднику.
- Ну, а ты как? – спросил Круглов деда Петю. – Готов?
- А чего там? – ответил дед Петя, поправляя покривившийся искусственный глаз. – Пинжак надел, да и хватит. Что мне, баб этих клеить? Я уж вышел из детородного органа.
- Да все мы вышли, - сказал Круглов. – Я вот в пятьдесят третьем, помнится, в Кремле работал, ядами занимался.
- То есть, возраста, я хотел сказать, - поправился дед Петя.
- Ну, я и говорю, - продолжал Круглов. – И воткнул ему отвёртку прямо в череп.
- Кому? – уточнил дед Петя.
- Ну, как кому – фашисту! – Круглов замолчал, потеряв интерес к разговору.
Тут как раз подкатил Залипухин и начал невнятно лепетать, подсовывая им свою челюсть.
- Да пошёл ты, - сказал Круглов. – Твои зубы – ты и вставляй. Обслюнявил всё. Фу…
Залипухин вставил челюсть вверх ногами, она застряла, и он закашлялся с открытым ртом, сползая с коляски.
- Помоги, - сказал Круглов. – А то свалится, опять голову сломает, Жанна Васильевна нас без утренней каши оставит.
- Да и чёрт с ней, - сказал дед Петя, не пошевелившись. – У меня два сухаря в наволочке.
Однако же закряхтел, подхватил Залипухина под локоть, начал трясти.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №223

Посреди ночи Иван вдруг вскочил и пробормотал невнятно, но громко:
- Я понял! Понял, что мне нужно…
Он вскочил, натянул какие-то носки, вытащил с балкона рюкзак и принялся напихивать в него случайные предметы одежды. Что-то из них надел на себя. Потом повесил рюкзак на плечи и вырвался из квартиры, чуть не забыв запереть за собой дверь.
- Как же я раньше не догадался? – говорил он. – Мне же нужно просто что-то совсем другое. Как просто.
Он побрёл сквозь ночной город. Мысли толпились в его голове. Он то вспоминал, что забыл взять кастрюлю, то спохватывался, что надо бы предупредить коллег по работе, что он не придёт. Потом решал, что кастрюля не нужна, а коллеги лучше бы и сами догадались, что он больше не хочет выходить в этот дурацкий офис.
Он шёл куда-то, но постепенно понимал, что движется к вокзалу. Это воодушевило его ещё больше, и он ускорил шаг.
- Конечно, - сказал он. – Что-то совсем другое – это наверняка далеко. Нужно куда-то ехать.
И он купил билет в кассе на первую электричку, и нетерпеливо ждал, и волновался в пустом вагоне, что надо бы быстрей, и вышел на случайной станции.
Он стоял на платформе посреди леса, вдыхал холодный утренний воздух и думал.
- Разве же это другое? – пробормотал он.
Вроде бы тут ничто не напоминало его квартиру. Деревья, загадочные звуки вокруг, сырость и ветер. Но ко всему примешивалось смутное ощущение, что ничего не изменилось. Дыхание его, неровное и беспокойное, осталось тем же. Нога, повреждённая пару лет назад, всё так же ныла в колене. Каждые две минуты пачкались очки. Чесалось ухо.
- Нет, - сказал Иван. – Мне нужно что-то другое. Совсем другое!
И стал ждать электричку домой.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №222

Павел понимал, что жизнь проходит. Вроде бы шло всё, как надо. Ребёнок рос, работа была пусть и нервной, но достаточно престижной, и приносила неплохой доход. Со здоровьем пока – тьфу, тьфу! – всё было тоже в пределах нормы. Но старость приближалась неуклонно. Казалось, оставшиеся часы разумного необременённого маразмом существования, уже можно было пересчитать по пальцам. И их приходилось тратить на работу, на домашние дела, на еду, на сон. Короче, на ерунду всякую.
- Я хочу свободное время, - ныл Павел.
- Да когда же? – возмущалась жена. – Сегодня у ребёнка утренник, завтра надо к маме комод везти. Ты машину заправил?
И так каждый день. Однако в конце концов, когда Павел перестал попадать ключом в замочную скважину, жена сжалилась.
- Ладно, - сказала она. – Вот тебе пятнадцать минут свободного времени. Мы с Вовкой даже погулять пойдём. И даже звонить не будем. Так что делай что душе угодно. Доволен?
- Да! Да! – сказал Павел.
Пока жена с ребёнком собирались, он доставал из кладовки поломанный мольберт, краски, кисти. Вспоминал, как кисть держать в руках, как цвета называются, и чуть не плакал.
Жена чмокнула его в лоб. Дверь захлопнулась.
Павел поставил мольберт посреди комнаты, уселся напротив с кистью в руке, задумался и заснул.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №221


Марина села на стул и положила руки на колени.
- Вот не знаю, что делать, - сказала она. – Школа, которую Вовке дают, плохая. Все ругают. Говорят, преподаватели злые и тупые, всё время поборы с родителей, драки, никто за детьми не смотрит. Две смены, в классах по сорок человек. А в четырнадцатую нужна прописка. А где же её взять? Ты как думаешь?
Аркадий поднял глаза на Марину, оторвавшись от бумажки, на которой рисовал зелёное рогатое существо, похожее на гусеницу.
- Я думаю, - сказал он, - что девяносто девять процентов людей – дебилы.
- Каких людей? – удивилась Марина. – Ты о чём вообще? Ты меня слушал?
- Если мы его отдадим в школу, где всё хорошо, так он же привыкнет, - сказал Аркадий. - А как потом жить? Он же будет думать, что все нормальные.
- Всё шуточки у тебя! – Марина вскочила, швырнула в него полотенцем, и отправилась на кухню, где давно уже жарился борщ.
Аркадий снял полотенце с головы, положил на кошку, которая дрыхла на диване, и пририсовал зелёному чудищу две огромные округлые груди.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №220

Несколько. Что за слово «несколько»? Не-сколько. Отрицание слова «сколько». А сколько? Сколько – это вопрос. А ответ? Семьсот шестьдесят один. Отрицание к этому числу – это что? Корень квадратный из двух? Или ноль? Или минус семьсот шестьдесят один? Но тогда отрицание вопроса «сколько» - это тоже множество вариантов. Много чего. Всякое разное. То есть несколько и есть.
Есть. Жевать. Растирать зубами. Мяско. Где теперь взять мяско? Хоть чуть-чуть. Мясо законом запрещено. Вернее, разрешено, пока она живое. Может ходить, разговаривать или мычать. А когда умирает, его сжигают. Чтобы кто-то не съел. Разве это справедливо? Разве ходячему мясу не всё равно, сожгут его после смерти или съедят?
- Что ты там бормочешь? – спросил Рауль.
- Да вот… Травку бы какую пожевать, - сказал я.
- Оторви задницу да сходи в магазин. Травы там полно, - сказал Рауль и перевернулся на другой бок.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №219

Иннокентий сплюнул что-то в кулак и морщась подошёл к раковине.
- Как же мне надоели эти мошки в каше! – сказал он. Надо овсянку пересыпать в банку с крышкой.
- Да это, небось, просто шелуха от семечек, - сказала жена.
Иннокентий вернулся за стол и взялся за ложку.
- Может быть, - сказал он, вглядываясь в кашу. – Но у неё ноги и крылья. Вот, смотри.
Он подцепил что-то ложкой и поднёс к лицу жены.
- Ой, - сказала она. – Такая огромная. Фу!
Он прикрыла рот ладошкой и поспешила в туалет.
Иннокентий двинулся к раковине, чтобы смыть и эту мошку. Но насекомое вдруг зашевелилось, заскрежетало ногами и смяло ложку в бесформенный комок. Потом издало зловещее шипение и полетело к окну. Повернуло ручку, открыло раму и недовольно выпорхнуло наружу, грохоча крыльями.




cyrix761: (Default)
Фрагмент №218

Старуха двигалась на меня. Глаза вращались. Изо рта торчало два кривых зуба.
- А вот вы за кого собираетесь голосовать? – прошипела она.
- Не могу сказать, - ответил я. – У нас голосование тайное.
Старуха громко стукнула палкой по полу.
- За наших надо голосовать. За тех, кто Берлин брал! Все враги.
- А это уже агитация, - сказал я. – В день голосования нельзя.
- А ты, похоже, гнилой, - сказала старуха. – Я сейчас на тебя пожалуюсь кому надо.
- А вы сами-то проголосовали? – уточнил я.
- Нет, иду вот, - старуха вроде слегка успокоилась и начала тяжело дышать.
Я отошёл на пару метров, потом вдруг прыгнул на неё, к самому лицу, скорчил страшную рожу и дико захохотал. Она отпрянула, схватилась за сердце и осела на пол, словно проткнутый мешок с гексогеном.
- Одной меньше, - пробормотал я и двинулся к кабинкам.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №217

На улице стояла жара, так что открытое окошко не помогало. Голова вспотела от наушников, и я радовалась, что постриглась коротко, иначе бы волосы давно превратились в стог сена.
- Итак, вы слушали композицию «Imagine» Джона Леннона, которую заказал для своего отца Василий из города Тверь. Хороший подарок на день рождения, особенно когда день такой жаркий.
Почему я это сказала? Конечно, нас на курсах обучали нести бред в подводках, но должен же быть смысл.
- А вот и звонок, - обрадовалась я. – Слушаю вас.
Где-то далеко человек засопел.
- Представьтесь, пожалуйста, - сказала я.
- Меня зовут Илья, - грустно сказал человек. – Хочу поздравить свою жену Юлю с годовщиной свадьбы.
- О! – сказала я. – Поздравляю. И сколько же вы вместе?
- Год, - ответил Илья удивлённо.
- Большой срок, - я захихикала, чтобы немного прикрыть тупость предыдущей своей реплики. – Что будем слушать?
- Чёрт, я как-то не подумал… - заволновался Илья. – Не думал, что дозвонюсь…
- Что любит ваша жена? – решила помочь я.
- Ругаться, - сказал Илья. – Валяться в кровати полдня.
- Я имею в виду – музыку какую, - попыталась я вернуть его в нужное русло.
- Не знаю, - Илья ещё больше погрустнел.
- Может, вы скажете ей что-то хорошее? Может, хотите чего-то конкретного пожелать? Подберём под это песню.
- Хорошее? – Илья задумался. – Я хочу ей пожелать здоровья… Или нет… Знаете, лучше не надо поздравлять.
В трубке послышались гудки.
- Спасибо, Илья, - я немного растерялась. – Э… Первый раз у меня такое. Надеюсь, у них всё будет хорошо. Есть у нас ещё звонок?
Однако звонков не было, и мне пришлось поставить следующую песню.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №216

Я боялся пошевелить мышцами лица. Верёвочки натягивались, трепетали, и кусок черепа вполне мог отвалиться – не один, так другой.
- Так что вы сказали? – спросил я клиентку.
- Вот к такому планшету у вас плёнка защитная есть? - спросила она, тыкая куда-то в пространство.
Я вправил на место глазное яблоко, поискал остатки мозга и подумал, что защитная плёнка – хорошая идея. Как минимум для лица. Вот что делать с руками, которые трещат по швам в районе плеч – это вопрос.
- Кажется, где-то была, - сказал я, чувствуя, как застревает язык в щели между щекой и ухом.
Я присел на корточки, которые хрустнули и откатились, принялся шарить в шкафу. Голова опасно накренилась, и я еле успел поддержать её пяткой.
- Да пошли отсюда, - сказал возникший из ниоткуда мужчина. – Этот продавец какой-то сонный. Лучше у нас в торговом центре купим.
- Извините, - сказала клиентка. – До свидания.
Они удалялись. Я попробовал встать. Мышца в районе бедра оборвалась. Сердце перекосило. Я понял, что сейчас развалюсь на части и забрызгаю кровью товар. Но тут обломок руки нащупал скотч. Возможно, шанс ещё оставался.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №215

- Давайте пилить дрова! – предложил Тюков.
- Пилы нет, - возразил я.
- Бывает рыба-пила, - к чему-то вспомнил Володя.
- У тебя есть? – уточнил Тюков.
- Нет, - грустно сказал Володя.
- Так и дров нет, - сказал я.
- Что же делать? – в голосе Тюкова звучал истинный испуг.
Мы сидели на вершине лысой скалы, и, насколько хватало взгляда, вокруг простирались одни лишь камни.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №214

Аркадий ходил вокруг соседнего столика, а в голове сгрудилась целая куча мыслей. Они были похожи на камни. Аркадию казалось, что он вот-вот перевернётся под их тяжестью вверх ногами, словно сквозь него продета железная ось в районе пупка. Терпеть было невозможно. Он должен был высказать мысли. Тогда бы голова стала легче. Это был единственный способ.
- А вы знаете, - сказал он, - что кролики и зайцы – это разные звери? Вот если бы их скрестить, то получилось бы существо с такими ушами… Если у одного ухо пять сантиметров, и у другого пять, но вышло бы, наверно, двадцать пять как минимум, даже если не учитывать флуктуации в ДНК.
Девушки за столиком покосились на него странно, затем прыснули. У одной затряслись крашеные ногти, и от них в глазах Аркадия засвербило, и появились новые камни в голове.
- А каменные памятники, - сказал Антон, - ставить нельзя. Фараоны верили, что душа может вернуться в тело. А если она вернётся по ошибке в каменное тело? Представляете масштаб разрушений?
Одна из девушек, с несимметричной головой, вдруг заговорила:
- Молодой человек! Извините, но мы хотели бы с подругой пообщаться. Вы не могли бы где-нибудь в другом месте выдвигать свои гипотезы?
- Конечно, - сказал Аркадий и отправился в туалет.
- Между прочим, - говорил он по дороге, – если сделать одну ногу короче другой, то постепенно, в процессе эволюции, та, короткая, тоже удлинится, ведь неудобно же…
И тут камни перевесили. Антон перекувыркнулся и больно стукнулся головой об унитаз.
- Вот каждый раз такое, - сказал он. – Лучше б я на диванчик лёг. Или вот, к примеру, кровь. Она вытекает из головы. А какая в том причина? Давление. Если в голове давление понизить при помощи насоса, кровь начнёт затекать обратно. А так как она побывала снаружи, то получила новые впечатления. Отличный способ наполнять голову новой информацией.
Охранник протянул ему бумажную салфетку.
- Забавный ты, - сказал он. – Но лучше бы пошёл проветриться. Клиенты волнуются.
- Хорошо, - сказал Антон.
С потерей крови в голове полегчало, и он мог пару минут помолчать.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №213

Меня посадили справа от крупного, молчаливого человека, который сосредоточенно смотрел в монитор и что-то набирал на клавиатуре.
- Здравствуйте, - сказал я.
Он не отреагировал. Я не придал этому большого значения, но в течение дня поглядывал на него искоса, наблюдая.
Он не вставал, не пил чай, вообще не отвлекался. Когда кто-то подбегал с криками, что всё горит, всё рушится, и все козлы, мой сосед отрывал взгляд от монитора, смотрел сквозь прибежавшего и спокойно возвращался к работе.
Потом я узнал, что его звали Алексей. Узнал не от него – он со мной не разговаривал. Вообще, практически ни с кем не разговаривал.
На утренней летучке отчитывался кратко, без эмоций.
- Закончил задачу семь тысяч девяносто два, взял восемь тысяч сто тринадцать.
Работал он эффективно. Никто за ним не поспевал. Пока я только разбирался с одной простой задачей, он успевал сделать три сложных. Я втайне им восхищался.
Но как-то утром, после того, как я в очередной раз поздоровался и, как всегда, не ожидал от него ответа, он вдруг придвинулся ко мне и прошептал:
- Кажется, вокруг что-то происходит.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №211

Писемский не поспевал, семеня позади, припадая на одну ногу и волоча за собой тяжёлый рюкзак.
- Ребята, а мы куда? – спрашивал он.
- Ты – не знаю куда, - огрызался Лёха. – Мы тебя не звали.
Торчков же молчал, только кривил губы в загадочной неприятной ухмылке.
- Пришли, - сказал Лёха.
Они стояли в центре заваленного строительным мусором двора, окружённые полуразрушенными зданиями.
- Эй! – крикнул Лёха. – Мы тут.
Из развалин показались два человека в камуфляже.
- Что принесли? – спросил один, в сломанных и заклеенных на переносице тёмных очках.
- Провода вот, - сказал Лёха, доставая из сумки небольшой моток, - и микросхемы какие-то.
- От микросхем толку нету, - сказал военный. – Никто не знает, что с ними делать. И паять нечем всё равно. А провода давай, нужны.
- Вы хлеба обещали, - сказал Лёха.
- Хлеба нет давно, - сказал военный. – Мы вам что, фермеры?
- Что такое фермеры? – спросил Писемский.
- Вот могу что дать, - сказал военный.
Из его вещмешка показалась железная банка и обрезок копчёной колбасы.
- Колбаса! – воскликнул Писемский. – И железка какая-то.
- В банке горошек зелёный, - сказал военный. – Жене вёз домой. Но какая уж тут жена. Никого, наверно, не осталось. Дам, только принесите ещё что-нибудь. Лучше всего инструменты. Лопаты, топоры. Всё сойдёт.
- Хорошо, - сказал Лёха. – Поищем. А когда всё это кончится, не знаете?
- Никогда, - сказал военный. – Никто же работать не хочет. Только воевать. Ну, бывайте. Мне копать надо.
И он вместе с другим направился назад, к обрушенному дому.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №209

Павел убавил электричество у конфорки на одно деление, потом подумал и вернул назад.
- Папа! – крикнул Вовка. – У меня планшет сел.
- Сейчас, подойду, - сказал Павел и уронил ложку. Пока поднимал, пытался вспомнить, зачем ему ложка.
- Паша! – крикнула жена из туалета. – Положи мне в сумку деньги из конверта. Я забыла вчера за садик заплатить.
- Да занят я! – крикнул Павел. – Погодите.
На кухню вошла тёща, выдернула ноутбук Павла из розетки, полизала провод, хмыкнула и ушла. Заглянула жена.
- А чем ты тут занят? – спросила она.
- Да вот сардельку варю. Никак не сварится почему-то.
Забежал Вовка, притащил планшет.
- Вот, папа, - сказал он. – Что-то совсем не включается.
У планшета был треснут экран и с мясом выломано гнездо для зарядки.
- Ты что с ним сделал?! – возмутился Павел. – Он же денег стоит.
- Ты починишь? – спросил Вовка.
- Приготовь Вовке одежду, пожалуйста, - сказала жена. Мы опаздываем.
- Чёрт! - сказал Павел. – Дадите вы мне поесть?
Он приподнял крышку.
- А где сарделька? – возмутился он. – Наверно, положить забыл. То-то я смотрю – кипит, кипит, и никак не сварится.
Он уронил планшет, потом ложку, и сел на табуретку отдохнуть.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №208

Голос в наушниках был спокойным, мягким, но убедительным.
- Медитация, - говорил он, - очень полезна. Она помогает мозгу учиться мыслить взвешенно и находить смысл в текущем моменте. Сейчас, когда вы идёте по городу, вы тоже можете медитировать. Ключ в том, чтобы сосредоточиться на своих ощущениях.
Я попробовал сосредоточиться и чуть не упал, споткнувшись о бордюр.
- Ничего страшного, - сказал голос, - если вас будет что-то отвлекать. Просто возвращайтесь назад, к своим ощущениям. Сначала почувствуйте, как вы ступаете ногами на асфальт. Ощутите напряжение в ногах, ваши движения.
Нога моя ныла после вчерашнего, когда я во сне прыгнул на тумбочку. До сих пор волновался, не трещина ли в кости. Вроде начал забывать, но обратил свои ощущения на ноги и тут же заныло снова, от чего меня повело влево, ближе к потоку машин.
- Но самое главное, - говорил голос, - это дыхание. Почувствуйте, как лёгкие наполняются воздухом. Почувствуйте, как вздымается грудная клетка. Когда воздух входит в нос, он немного прохладный. Когда выходит, он чуть теплее…
В носу у меня свистело, где-то глубоко в черепе гуляли сопли. Наверно, я заработал гайморит от того, что переношу болезнь на ногах. А куда деваться? Дела, работа, семья… Настроение моё испортилось окончательно, я протяжно завыл и выключил медитацию.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №207

В одна тысяча не помню каком году пошёл я в школу купить водки. Однако же оказалось, что там вместо водки физика в огромных количествах. Марь Иванна толстая вещала.
- И вот, представляете, - говорила она. – Вот этот самый комический корабль – раз! – и промазал. И не может в станцию попасть. А космонавты давятся там, как селёдки в стакане, ни вздохнуть, ни в туалет. Говорят, не можем уже терпеть, ты уж как-нибудь стыкуй. А я что? Я же учитель физики. Тут мне центробежная сила помогла. Я взяла крючок и прямо отсюдова, с Земли, подтащила их друг к другу, чтобы их одна тютелька попала в другую тютельку.
- А при чём тут центробежная сила? – спросил я.
- Садись, - сказала Марь Иванна. – Два! Не учил ведь?
- Не учил, - согласился я и занюхал рукавом.



cyrix761: (Default)
Фрагмент №206

Самым главным была, конечно, подготовка. Аркадий положил справа от себя телефон с заметками, слева - томик Пастернака для вдохновения. Прямо перед собой поставил часы, чтобы не забывать про время. Положил пачку листов и тетрадь на всякий случай. Он читал, что пишется лучше ручкой по бумаге, чем на клавиатуре компьютера. Поэтому разместил рядом с листочками пять разных ручек под разное настроение.
Всё было готово. Аркадий с удовлетворением осмотрел натюрморт, взял в руку одну из ручек. И приготовился писать. Однако в голове было абсолютно пусто.
- Э, - только и сказал Аркадий.



Page generated Sep. 22nd, 2017 07:01 pm
Powered by Dreamwidth Studios